«Корни его — громадные змеи, кора — разные пресмыкающиеся, листья толи — металлические диски, цветы — колокольчики; на вершине его множество металлических рогов тимо. На ветвях этого дерева сидят птицы буни гаса, играющие большую роль в обряде последних поминок: дурулди, топто, туту, обиби, яркан гаса, яоги. У корней его небесный заяц живет…». «Этого дерева нет ни на земле, ни на небе», — говорил слепой старик Ф.К.Онинка, из села Хаю, — «оно есть только в шаманском сне…».

                                (Ка-саты-шаман Ф.К.Онинка «Сказание о легендарном дереве конгор дягда яло туйгэ».

   Мировое древо (arbor mundi, «космическое» древо) – образ характерный для мифологического сознания всех народов планеты. В образе Мирового древа, раскрывается универсальная концепция мироздания, центр Космоса. Трехуровневая система мироустройства, с центральной осью (деревом, столбом, горой, рекой и т.д.) засвидетельствована практически повсеместно, как: «древо жизни», «древо плодородия», «древо центра», «древо восхождения», «небесное древо», «шаманское древо», «мистическое древо», «древо познания». Возможны и более редкие варианты: «древо смерти», «древо зла», «древо подземного царства (нижнего мира)», «древо нисхождения».  Древо мира – это еще и: «ось мира» (axis mundi), «мировой столп», «мировая гора», «мировой человек» («первочеловек»), храм, триумфальная арка, колонна, обелиск, трон, лестница, крест, цепь и т.п.

   Образ Мирового древа присутствует в различных текстах: в сказках, баснях и поговорках, в поэзии и мифах. Мировое древо, так или иначе, отражено в культуре и искусстве: в играх и хореографии, в живописи, орнаменте, скульптуре и памятниках, планировке поселений и архитектурных сооружениях (прежде всего культового характера); а также в обрядах и ритуалах, в философии и науке.

   Прямо или косвенно, образ Центра мира зафиксирован в основе всех существующих и существовавших цивилизаций и считается одним из самых древних символов, берущих начало на заре времен, в эпохе зарождения человечества. Образ Мирового древа играл особую организующую роль по отношению к конкретным мифологическим системам, определяя их внутреннюю структуру и все их основные параметры. Он сложился в те времена, когда наши предки осознали, что пространство – это не только «вперед» и «назад», «влево» или «вправо», но это еще и «вверх» и «вниз», т.е., когда произошла вертикальная структуризация космоса. Вполне возможно, что это произошло еще в каменном веке. По крайней мере, наиболее древние из свидетельств, оставленных нам древними в виде наскальных рисунков и т.п., уже несут в себе структурированные образы объемной вселенной или фиксированного центра.

   Проблема в том, что «о том, что было», сегодня мы можем только догадываться. Самые дальние свидетельства о наличии цивилизации, датируются возрастом 4-5 тыс. лет до н.э., а самые древние свидетельства существования человеческой культуры - 40 тыс. лет до н.э. Это то, о чем говорит наука. Но, наука может ошибаться. Вполне достоверные сведения дают только археологические раскопки. Но, что можно раскопать, скажем, в Антарктиде (там, где многие «эзотерики» позиционируют существование затерянной в веках древней цивилизации и культуры). Никто не может ничего сказать, пока не перероют этот континент. А что можно сказать о древних народах, не знавших металла или, скажем, о живших на деревьях? Может быть, они были (в культурном плане, социальной организации, науке, магии) не менее развиты, чем мы с вами? Но, все истлело, все обернулось в прах, и сегодня, мы ничего не знаем о своих предшественниках. Может быть, это и к лучшему? По крайней мере, сохраняется иллюзия «девственности», так ныне взлелеянного, научно-технического прогресса.

   В средние века схема Мирового древа широко использовалась как средство иллюстрации целого, состоящего из многих элементов, иерархизованных в нескольких планах: «генеалогическое (родословное) древо», «алхимическое древо», «древо любви», «древо души», «древо жизненного пути» и т. п. Позднейшие варианты таких схем широко применяются в современной науке (лингвистика, математика, кибернетика, химия, экономика, социология и т. д.), т. е. там, где рассматриваются процессы «ветвления» из некоего единого «центра». Многие схемы управления, подчинения, зависимостей и т. п., используемые в настоящее время, восходят к схеме Мирового древа: изображение структуры власти, социальных отношений, состава частей, образующих государство, системы управления и т. п.

   По вертикали, мировое древо разделено на три части: корни, ствол и крону. Каждая из частей, традиционно соотносится с одним из миров, а также с классом существ, живущих в нем. С верхней частью Мирового древа (ветви) связываются птицы (часто две — симметрично или одна — на вершине, нередко — орёл); со средней частью (ствол) — копытные (олени, лоси, коровы, лошади, антилопы и т. п.), изредка пчёлы, в более поздних традициях и человек; с нижней частью (корни) — змеи, лягушки, мыши, бобры, выдры, рыбы, иногда медведь или фантастические чудовища хтонического типа.

    В шумерской версии эпоса о Гильгамеше, упоминается дерево хулуппу: в корнях — змея, в ветвях — птица Анзуд, посредине — дева Лилит. В сюжете т. н. основного индоевропейского мифа также обыгрывается вертикальная структура Мирового древа: бог грозы, находящийся на вершине дерева (или горы), поражает змея у корней дерева и освобождает похищенный змеем скот, богатство (средняя часть дерева). Египет ский бог солнца Ра (в образе кота) поражает змею под сикоморой. Герой сказок спасается от дракона, забравшись на Мировое древо, и орёл выносит героя из нижнего мира.

   У народов Сибири представления о шаманском дереве, прорастающем через все миры вселенной, прослеживаются практически во всех регионах. Согласно построениям В.П.Топорова, мифология всех народов в прошлом отражала понятия о строении вселенной, состоящей из трех сфер, воплощением ее было мировое дерево.

   Весьма интересны ульчские и нанайские понятия о шаманском столбе и мировом древе конгор дягда яло туйгэ. Штернберг писал: «в представлениях нанайцев было три мировых дерева: одно растет на небе (дерево душ), второе — в царстве мертвых, третье — с шаманскими принадлежностями — на земле». Нанайцы считали, что духи-помощники шамана слетаются к нему через шаманский столб тороан и через него же уходят по окончании камлания. У нанайских шаманов столбы тороан делали из ясеня, осины или березы, но большие столбы были только у касаты-шаманов, а у рядовых — тонкие деревца с ветками.

   Известный знаток ульчской истории и культуры П.В.Салданга сообщил в 1962 г.: «Дару — это табор шаманских духов. Шаман начинает свой полет во время камлания всегда через дару (в подземный мир или в небо), возвращается тоже через дару. Духи приходят и уходят также через столб дару. Это, как радиостанция, — и шаман, и духи сэвэн через дару собираются в одно место». От дару шаман вместе с духами-помощниками отправлялся отыскивать душу больного. Говорили также, что, возвращаясь из путешествия в другие миры, шаман садился на вершину столба дару, через него спускался в подземный мир кэлмэн и только после этого попадал домой. Заканчивая обряд унди, шаман от трех до девяти раз обходил вокруг дару.

   Ульчи считали, что у основания дару есть небольшой невидимый дом. Когда шаман камлал и отбирал у злого духа душу больного, в том случае, если она была очень слаба, а в душехранилище дёасу ее нести было слишком далеко, он помещал ее в этот домик у основания дару. Тут ее караулили дух кальдёму либо дух леопарда ёнггули; они не позволяли душе уйти, отгоняли от нее злых духов. Душа не могла сама уйти отсюда; ее не пускали также концентрические ограды алмунду. Так долго, как в дёасу, душу здесь не хранили. Высокий столб с развилкой наверху был только земным символом настоящего невидимого дерева шамана, от которого зависели его душа, его жизнь.

   П.В.Салданга в 1962 г. говорил: «Невидимое дару упадет — шаман сразу умрет». По представлениям ульчей, первое дерево шаману дал культурный герой Хадау. В отличие от нанайцев ульчи думали, что у этого невидимого дерева было всего три сучка с яркими светлыми цветами, один — для того, чтобы молиться небесному богу Эндури, второй — чтобы ходить в загробный мир були, третий — чтобы связываться с подводным богом Тэму. На этих сучках, по словам Чоло Дятала (1960 г.), находились бубенчики хахуракта и диски толи, а на вершине дерева жила птица коори, помогавшая большому шаману ходить в загробный мир були. В фольклоре ульчей существовал образ небесного зайца, сходный с нанайским.

   В фольклоре ульчей представление о шаманском дереве дару (тури) сливалось с образом сказочного дерева подохо мо, воспевавшегося в легендах. Старики говорили, что подохо мо — шаманское дерево, «из которого выходили шаманы». Об этом сказочном дереве, у которого корни — змеи, кора — жабы и ящерицы, на ветвях висят колокольчики, знают ульчи всех возрастов. О нем поется в широко известной и ныне песне. Молодые ульчи воспринимают это понятие как сказку об удивительном дереве. Лишь ульчи старшего поколения считали, что на этом дереве находились их родовые божества (роды Вальдю, Росугбу). Согласно верованиям других, на верхних сучках жили духи-помощники шамана и птицы, их охраняющие.

   Образы мирового древа характерны для народов всего мира. Мировое древо (древо жизни) придавало форму мировому пространству: оно растет в центре мира (из «пуповины морской» – на острове посреди океана, на камне Алатыре), чаще всего это «булатный дуб», но может быть и береза, яблоня, явор и др.; крона его достигала неба, корни опутывали преисподнюю. Оно делило мир на три зоны: небесную, где в его кроне гнездились соколы и другие птицы, срединную земную, облюбованную пчелами, и нижнюю, подземную, где обитают бобры и другие подземные твари. Дуб, как олицетворение мирового древа, был предпочтительней в силу своих качеств: мощи, твердости, долголетия, стойкости листвы, желтевшей лишь поздней осенью.

   В апокрифических «Беседе трех святителей» и «От скольких частей создан был Адам» прямо говорится, что «железный дуб» есть мировое древо, стоящее на «силе Божией», позволяющей ему удерживать на своих ветвях весь мир. Часто в славянских загадках «дуб-вертодуб» или «дуб-стародуб» загадывался как символ мира. Факты жертвоприношений у дуба зафиксированы в письменных источниках, начиная с трактата Константина Багрянородного «Об управлении государством» X в. и вплоть до XVIII–XIX вв. (в «Духовном регламенте» 1721 г. говорилось о попах, которые молебствуют с народом перед дубом). В XX в. археологи обнаружили несколько дубов, сброшенных когда-то при христианизации в реки (Днепр, Десну) с воткнутыми в ствол кабаньими челюстями, что свидетельствует о проводимых у этих деревьев жертвоприношениях. Неудивительно поэтому, что именно дуб стал деревом Перуна и символом мужского начала. Мировому древу в русском фольклоре приписывалась и функция организации времени, а не только пространства. Так, например, в древнерусской загадке говорилось: «Стоит дуб, на дубу 12 сучьев, на каждом сучке по 4 гнезда…».

   Иногда мировое древо заменялось другой «осью» мироздания – «золотой горой», столпом («брус во всю Русь»). Вертикальная ось мира соединяла триаду: преисподнюю (загробный мир), землю (срединный слой) и небо. Мировая ось связывала воедино также и горизонтальное пространство, в особенности четыре стороны света. В древнерусских заговорах, к примеру, постоянно упоминается обращенность «на все четыре стороны»: «На море на Океяне, на острове Буяне стоит дуб… И мы вам помолимся, на все четыре стороны поклонимся»; «…стоит кипарис-дерево… заезжай и залучай со всех четырех сторон, со стока и запада, и с лета и севера: идите со всех четырех сторон… как идет солнце…» и др. Идею кругового охвата пространства олицетворял и Збручский идол, в котором под одной шапкой были объединены четыре лика божеств, обращенных на четыре стороны света. Наибольшее внимание и в текстах, и в изображениях мирового древа уделялось срединному – земному – слою, наполнявшемуся людьми и животными. По наблюдениям исследователей, от вертикального мирового древа отходили как бы горизонтальные малые мировые древа. Кроме того, встречались и «перевернутые» мировые древа, у которых вместо кроны были корни, а ветви уходили под землю, в загробный мир. Так, в древнерусском заговоре звучало: «На острове на Окияне на острове Кургане стоит белая береза, вниз ветвями, вверх кореньями». Перевернутое мировое древо знаменовало ось загробного мира, который зеркально отражал устройство мира земного.

   После христианизации в народных представлениях русских функцию мирового древа взяло на себя райское древо жизни, которое, в свою очередь, часто путали с древом познания добра и зла. В апокрифической «Книге Еноха» говорилось, что Бог почивает на древе жизни, растущем в центре Рая. Связь Бога с древом жизни перекликалась со связью Христа с крестом, процветшим после его распятия.

   Иногда в космологических представлениях Древней Руси ось мира вместо мирового древа обозначалась огненной рекой, достигающей в высоту неба, а в глубину – преисподней. Как считает ряд исследователей, образ огненной реки старше мирового древа, так как первоначально мир мыслился: «стоящим «на воде высокой», опирающейся на камень, который держат четыре золотых кита, плавающих в огненной реке». В дальнейшем, по наблюдению Б. А. Успенского, «в одних случаях огненная река в древнерусской письменности и фольклоре отделяет тот свет от этого (причем в христианских терминах тот свет может отождествляться с раем, а сама огненная река пониматься как ад), то в других случаях она разделяет рай и ад». Огненная река выполняла функцию связи мира живых с миром покойников – по ней мертвецы плывут в загробную жизнь либо переправляются через нее по мосту, который, как правило, тоньше волоса. По наблюдениям этнографов, в отдельных регионах России (например, в Вологодской губернии) река на тот свет называлась «Забыть-рекой», поскольку после переправы через нее умершие забывают свою земную жизнь и становятся полноправными жителями царства мертвых.

   Горизонтальная структура Мирового древа образуется самим деревом и объектами по сторонам от него. Отчётливее всего она обнаруживается в связи со стволом. Обычно, по обе стороны от ствола находятся, чаще всего симметричные, изображения копытных или человеческих фигур (боги, мифологические персонажи, святые, жрецы, люди). Такого рода композиции довольно прозрачно выступают и в более позднее время - в произведениях христианского и буддийского искусства.

   Шаманские бубны у лапландцев и других северных народов, несут на себе изображения горизонтальных осей сторон света и главную вертикальную направляющую Мировую Ось. Горизонтальные направления могут быть персонифицированы образами мифологических персонажей или ветров. Например, у ацтеков: бог востока (красный), бог севера (чёрный), бог запада («пернатый змей», (белый), бог полуденного солнца (синий). «Четыре Перкунаса», «Четыре евангелиста», четырёхликие божества.(лики Збручского идола, глядящие по сторонам света и т.д.). Эта же схема Мирового древа постоянно повторяется в ритуальных формулах: «Я вышел, на четыре стороны, я принёс жертву» («Сказание о Гильгамеше») или «Мы вам помолимся, на все на четыре стороны поклонимся»; «... стоит кипарисдерево...; заезжай и залучай со всех четырёх сторон со стока и запада, и с лета и сивера: идите со всех четырёх сторон... как идёт солнце и месяц, и частые мелкие звёзды»; «У этого океана-моря стоит дерево карколист; на этом дереве карколисте висят: Козьма и Демьян, Лука и Павел». Та же четырёхчастная схема, как известно, лежит в основе культовых сооружений, сохраняющих ориентацию по сторонам света: пирамида, зиккурат, пагода, ступа, церковь, шаманский чум, менгиры, дольмены, кромлехи и т. п.

   Горизонтальная структура Мирового древа моделирует не только страны света, но и времена года (весна, лето, осень, зима), части суток (утро, день, вечер, ночь), цвета, элементы мира. В конце концов, само Мировое древо, в известном смысле и в определённых контекстах, является моделью культуры в целом, своего рода «древом цивилизации» среди природного хаоса. Его образ выступает как посредник между вселенной (макрокосмом) и человеком (микрокосмом) и является местом их пересечения, и т.о. гарантирует целостный взгляд на мир, определение человеком своего места во вселенной.

   Образ Мирового древа – это символ символов, это архетип центра, стабильности и организации, порядка бытия.

ЛИТЕРАТУРА.

1) Алексеев Н.А. Шаманизм тюркоязычных народов Сибири. Новосибирск: Наука.– 1984.

2) Анисимов А.Ф. Космологические представления народов Севера. - М. - Л.: Изд-во АН СССР, 1959.

3) Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. М., 1868.

4) Васильев В.Н. Шаманский костюм и бубен у якутов. - СПб., 1910.

5) Кальвайт Х. Шаманы целители, знахари. Древнейшие учения, дарованные самой жизнью. – М.: Изд-во института Трансперсональной психологии, 1998.

6) Кастанеда К. Сочинения. Т.4. Лекции и интервью. – Киев: София, 2004.

7) Лукьянов А.Е. Истоки Дао. Древнекитайский миф. - М., 1992.

8) Прокофьева Е. Д. Шаманские костюмы народов Сибири // Религиозные представления и обряды народов Сибири в XIX - начале XX века. Л., 1971. (Сб. МАЭ. Т. XXVII).

9) Уилбер К. Один вкус. Дневники Кена Уилбера. – М.: АСТ, 2004.

10) Элиаде М. Шаманизм - архаичная техника экстаза. София, 1997.

11) Урбанаева И.С. Шаманская философия бурят-монголов: Центрально азиатское тэнгрианство в свете духовных учений. – Улан-Удэ: Изд-во Бурят. науч. центра, 2000.

12) Уткин К.Д. Истоки якутского шаманизма. - Якутск, 1994.