КАФЕДРА АРХЕТИПИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ при МУФО

Международный университет фундаментального обучения (МУФО) / Оксфордская образовательная сеть

Слово «риск» буквально переводится как «скала». И здесь мы сталкиваемся с весьма точным образом. Скала представляет собой объект, несущий в себе определенный заряд потенциальной энергии, и тело, находящееся на вершине уже автоматически обладает этим зарядом. В ситуации риска человек находится в аналогичном положении: с одной стороны, возможно падение, с другой – открытие новых горизонтов и новых возможностей. Риск является одним из сильнейших катализаторов личностного, духовного и душевного развития человека.

В современности вопросы безопасности, неприкосновенность личного пространства и комфорта стали одними из наиболее волнующих и актуальных как в информационном пространстве, так и в сознании большинства людей (в первую очередь находящихся под воздействием западной культуры), что идейно выразилось в научно-философской концепции цивилизации риска [1]. Стремление к безопасности и комфорту являются естественными для человека, однако эти стремления со временем приводят к одомашниванию, застою и однообразию – на полную мощность работает миф о вечном возвращении и цикличности времени. Схлопывается ловушка, в которую некогда попал Одиссей, опьяненный пением сирен, и душа и дух человека бьются в силках временами сладкого, временами горького однообразия. Жизнь случается, но не со мной и не сейчас. Такая ситуация является достаточно типичной, поэтому в современности актуален поиск путей выхода из данного состояния, одним из которых является «впускание» риска и авантюры в свою жизнь.

Риск обычно разворачивается по следующей схеме: 1) предвкущение 2) наметка плана 3) действие (риск) 4) результат (удача, неудача) 5) оценка (рефлексия). Схема практически аналогична схеме поступка, потому как именно действие (поступок) заключает в себе риск. Сам риск как феномен для  субъекта может одновременно выступать в роли потенциала, экзистенциала и трансцензора. Потенциал риска связан с возможностью победы и поражения, удачи и неудачи, что сопряжено с соответствующими ощущениями и переживаниями индивида. И даже если рискующего постигает неудача, то в любом случае вместе с ней приходит опыт. Если же человек останавливается на этапе предвкушения, то существенного изменения так и не происходит. Фразу «кто не рискует тот не выигрывает» можно заменить фразой «кто не рискует, тот не изменяется».

В ситуации риска ощущения и переживания, как правило, обострены и обладают большим зарядом и интенсивностью, и на протяжении всего времени осуществления рискованного действия человек переживает что-то (это как правило экзистенциальные переживания) и находится внутри ситуации, в моменте, другими словами происходит хайдегеровское «наличное бытие» или «бытие здесь». Это делает риск одним из мощнейших экзистенциалов.

Риск также может выступать в роли трансцензора – механизма, который позволяет выйти за пределы определенной логики, дискурса, нарратива. Во время раскрутки приведенной выше схемы, как правило, происходят изменения с самим индивидом, в частности преодоление себя, своих страхов, испытание удачи и т.д., что является сильным катализатором для личностного, духовного и душевного роста. Например, я рискнул и познакомился на улице с девушкой. Мир перевернулся, но не от конкретно этой девушки, а от перешагивания границ себя и открытия новых перспектив и возможностей, нового вИдения, выхода за пределы себя. Или пример из литературы: главный герой «Бойцовского клуба» рискует вступить в драку с Тайлером Дерденом и в результате в его жизни происходят настолько кардинальные изменения, что в них даже трудно поверить.

Путь героя и индивидуация, как правило, также начинаются с риска. Подтверждение и множество примеров тому можно найти в литературе, кино, сказках, мифах. Герой, в первую очередь, – это тот, кто рискнул поступить по-своему, изменить существовавший до него шаблон поведения. Так в частности поступил Зевс, когда вступил в борьбу с отцом Кроносом, в результате которой начался ход времени, для Зевса ход его собственного времени, в котором он полноправный хозяин, самостоятельность, собственная жизнь [2]. Риск от Зевса хорошо характеризуется цитатой из Гегеля: «господин – это тот, кто готов поставить на кон свою жизнь». Риск и авантюра – пусковой элемент взросления, способ и возможность преодолеть инфантильность.

Однако Зевс, часто рискуя при своем становлении и утверждении власти, все же в результате приходит к структуре и порядку. Это вполне естественно, однако есть и альтернативный вариант, вариант жизни в риске как специфическом способе бытия и познания мира. Такой способ бытия связан с авантюрным сознанием [3] и архетипами Гермеса и Джокера. Гермес в первый же день жизни крадет коров у Аполлона, тем самым делая вызов структуре и порядку, и вступает в свою увлекательную игру. Примеры героев из литературы и кино, обладающим авантюрным сознанием: Остап Бендер, О Же Гранд (трасса 60), непосредственно Джокер (Бэтмэн), Фантомас, Клирик, Номад, Трикстер, Джек Воробей, Тайлер Дерден, Шут (21-й аркан Таро), практически все супершпионы, ведшие двойную и тройную игру и другие.

Всестороннее обоснование такому типу существования, существования в авантюре, дает Александр Секацкий в философии номадизма [4].

Для Номада (того, кто постоянно живет в авантюре и приключении) характерны:

  • Чистое авантюрное сознание, жизнь в риске
  • Пребывание на высших номадических (экзистенциальных) скоростях, Daseign
  • Приключение как главный мотив
  • Импровизация, ситуативность
  • Использование всевозможных масок и ролей
  • Проживание жизни как «бытия заново», максимальная плотность жизни

Тоесть открывается возможность получать максимальную событийную и экзистенциальную интенсивность жизни в каждый момент времени. Номадическое бытие позволяет окунуться в абсолютно иную логику жизни, жизни на других скоростях, и, что, наверное главное, позволяет прожить множество абсолютно разных жизней и получить опыт от воплощения всевозможных ролей и состояний. Номад в каком-то смысле живее всех живых. Но это лишь определенная модель, определенный способ бытия, и не означает необходимость для претворения в жизнь для всех.

Следуя сказанному выше, открываем, что от разных архетипов исходит риск разного характера, или архетипы рискуют по-разному, с разной мотивацией, целями и особенностями. Итак, к архетипам, склонным к риску можно отнести Зевса, Гермеса, Джокера, Ареса и Диониса, а к архетипам, противостоящим риску, относятся Аид, Кронос, Афина и Аполлон.

Мы уже рассмотрели некоторых из них, теперь несколько слов об оставшихся.

Риск от Ареса. Арес, будучи богом войны, олицетворяет собой агрессивное, импульсивное и воинствующее начало. «В архетипе Ареса отражена страсть битвы. В изображении Гомера Арес – это бог, любящий войну ради самой войны, наслаждающийся бряцаньем оружия и ревом сражающихся армий, убийством и разрушением» [5]. Импульсивность Ареса подталкивает его к постоянному риску, к поступку на волне захлестнувшей эмоции или чувства. Этап рефлексии, как правило, наступает только после уже совершенного действия. До и во время поступка Арес может не задумываться о последствиях, что делает риск от Ареса некой мало контролируемой силой, которая готова высвободиться, подобно сжатой пружине. Объектами риска чаще всего выступают война и любовь [6]. В кинематографе архетип Ареса хорошо воплощен в фигурах Халка, Рокки,

Дионисийское начало, олицетворяющее соединение экстаза и ужаса, неистовства и самого блаженного освобождения, часто и обоснованно противопоставляют аполлоническому началу, олицетворяющему порядок и структуру. Дионису для проявления своей сущности просто необходимо отклоняться от общепринятой нормы и следовать своим внутренним, часто не принимаемым в обществе, организованном в логике аполлонического начала, побуждениям. Поэтому наибольший риск для всех людей, стремящихся проявить в себе дионисийское начало – это в первую очередь риск быть самим собой, смелость несоответствия общепринятому. Проявить в себе дионисийское начало уже означает большой риск.

Теперь несколько слов об архетипах, препятствующих риску.

Архетип Аида в человеке проявляется через удержание и не позволение чего-либо, например удержание удовольствия и не позволение боли, а для того, чтобы начали происходить изменения часто необходимо отказаться от удовольствия и пройти через боль. Похоже «действует» и Кронос: он олицетворяет собой всевозможные ограничения и метафорическое хождение по замкнутому кругу, т.е. не позволяет происходить изменениям, «зацикливает» время [7].

Афина и Аполлон – архетипы, устанавливающие норму и порядок, а следовательно также противостоящие отклонениям и изменениям, риску в частности.

Для тех, кто хочет «впустить» риск в свою жизнь, в первую очередь следует учиться взаимодействию с архетипами, препятствующими риску: Аидом, Кроносом, Афиной и Аполлоном.

Переводя тему с личностного уровня на общественный, предположим, что актуализация категории риска, в первую очередь в сознании людей,  может значительно поспособствовать «взрослению» общества, смягчению монополии аполлонического начала, большему проявлению некоторых богов и архетипов, а также явиться некой пусковой силой в развитии общества.

 

  1. «Цивилизация риска» Новейший философский словарь
  2. «Легенды и мифы Древней Греции» Николай Альбертович Кун
  3.  «Проявление духа авантюры как одно из возможных решений глобальных задач человечества» Владислав Лебедько
  4. «Книга Номада» Александр Секацкий
  5.  «Боги в каждом мужчине» Джин Шинода Болен
  6. «Классическая мифология в литературе, искусстве и музыке» Филлип Майерсон
  7. «Аид и Кронос в Архетипической работе» Владислав Лебедько

Сайт Кафедры МТАИ

Использовать материалы сайта можно при указании использованных источников и наличии гиперссылки на сайт www.kafedramtai.ru.
Все права защищены (C).

Наши Контакты

карта сайта контакты вход на почту

Социальные Сети

Newsletter Subscribe